Надежда Ионина. 100 великих картин. Креветки китайский художник


Креветки Ци Бай-ши - Переводы с китайского

Общепризнанным является мнение о том, что Ци Бай-ши достиг вершины мастерства именно в искусстве изображения креветок. Интересным фактом представляется то, что только в возрасте 55-60 лет художник обращается непосредственно к живым объектам природы, а до этого времени он исходил только из классической живописи.

Основная часть текста взята из книги Е.В. Завадской «Ци Бай-ши», издательство «Искусство», 1982г.

 До этого периода Ци Бай-ши работал в жанре «цветы и птицы» только в стиле гунби (тщательная/ прилежная кисть).

Рисовал креветок великий мастер часто и много, но, по воспоминаниям его современников, художник огорчался, что некоторые видят в нем лишь мастера изображения креветок и не более того. На одном из свитков Ци Бай-ши сделал надпись «Мне уже 78 лет, но я слышу часто, как люди говорят, что я умею только рисовать креветок. Как это несправедливо!»

Ци Бай-ши любил изображать не экзотических морских креветок, а обычных речных, которых называют «креветки с длинными лапками». Они бывают двух видов – белые и зеленые. В ранний период творчества художник чаще писал зеленые, а позже любил изображать белые креветки, так как их блеклый тон требует большей изощренности в работе тушью.

Речные креветки относительно небольшие по размеру. Особым изяществом отличается лист «Маленькая зеленая креветка», созданный восьмидесятилетним мастером.

Ци Бай-ши, естественно, основывался на изображении креветок на опыте традиционной живописи. Нередко к этому объекту обращались, например, минские и цинские художники, однако они трактовали этот мотив орнаментально, жестко и не глубоко. Лишь Чэнь Бань-цяо, Чжу Да и Ли Фу-тан представлялись Ци Бай-ши подлинными мастерами в искусстве изображать креветок.

До шестидесятилетнего возраста художник ограничивал себя лишь изучением образцов классического искусства, но не стремился при этом к слепому копированию, а старался творчески переосмыслить общепринятые нормы. На одном из своих свитков Ци Бай-ши написал: «Чжу Сюэ-гэ ( т.е.ЧжуДа) изображает креветок, но в них нет духа древности и простоты».

Когда Ци Бай-ши переехал жить в Пекин, ему представилась возможность изучать, наблюдать своего «излюбленного героя» в речках, озерах и прудах парков столицы.

Ци Бай-ши почти каждый день пристально наблюдал за ними, стараясь уловить и передать на бумаге своеобразие их движений, взаимосвязь друг с другом, изменения цвета в разной воде, полупрозрачность их тел, различные комбинации ракурсов.

Когда Ци Бай-ши спросили, как ему удается передавать с такой точностью все детали в строении креветки, он ответил так: «Я рисую каждый день. Нельзя пропускать ни одного дня».

Однако свитки, созданные мастером в последние двадцать лет жизни, качественно отличаются от прежних работ и большей полнотой структурной сложности объекта, и колористической тонкостью, и поразительной точностью композиционного построения картины.

Китайские исследователи, прежде всего Ху Пэй-хэн, подробно описывают каждый штрих, каждое движение кистью, которые использует Ци Бай-ши, рисуя креветок.

Сначала наносится штрих более светлой тушью кончиком кисти, потом поперечный центральной частью прямостоящей кисти (сверху он острый, снизу – округлый), затем делается сильный поворот кисти – так тремя штрихами передается тулово креветки. Затем наклонной кистью делаются два штриха по бокам тулова. Для изображения усиков креветки применяются другие кисти, меньшего размера, каждая из трех пар усиков пишется по-своему, исходя из прописанных правил. Глаза креветок Ци Бай-ши пишет двумя горизонтальными короткими штрихами, тушь темная, сухая.

Красоту и совершенство произведений Ци Бай-ши с изображением креветок китайский зритель нередко видит именно в этих горизонтальных штрихах: они считаются наиболее трудными в каллиграфическом отношении.

Ниже приведено поэтапное написание креветок из учебного пособия по живописи.

«Я рисую креветок уже несколько десятков лет, и, кажется, только сейчас начинаю немного постигать их характер», - писал Ци Бай-ши.

Действительно, монохромная живопись креветок требует от художника филигранного мастерства, знания свойств бумаги и туши, умения передать живой, движущийся объект, без права на малейшую неточность, которую рисовая бумага не простит – картина будет попросту испорчена.

Различные оттенки серого, вариации мокрой и сухой кисти, умение провести линию тушью по еще непросохшей бумаге, добившись эффекта частичного перехода и наплыва туши, при этом полный контроль над тем, насколько просохла бумага в нужном месте, правильные композиционные решения в согласии с размером листа – задача не из простых.

И хотя написание самой картины занимает несколько минут времени – это подобно исполнению сложнейшей музыкальной партии, где ценится неповторимое мастерство и виртуозное владение инструментом, кистью, причем самим инструментом становится и тушь, и бумага, а сам человек – определенным проводником, дирижером этой неповторимой симфонии оттенков туши.

На праздновании 93-лентия Ци Бай-ши китайский писатель Лао Шэ сказал: «На картинах Ци Бай-ши движения креветок в воде переданы так, что кажется, будто они живые».

Однако, создавая свои картины, он никогда не стремился к простому копированию природы. «Слишком много деталей на ножках у креветки, но я не собираюсь писать эти штучки» - говорил художник, имея в виду, что важно отбирать главное в объекте.

Ци Бай-ши создал два основных типа живописно-графической композиции в изображении креветок. Традиции написания в альбомных листах и небольших по размеру свитках продолжены Ци Бай-ши, где он изображал обычно одну или две-три креветки.

 Здесь мы видим увеличенные художником в размере, словно под микроскопом, креветки, рассмотренные им со всей тщательностью, но в отличие от механического глаза око художника видит не то, что объективно, а то, что ему видится. Ци Бай-ши воспроизводит сложную «арматуру» - линейный остов креветок, особенно членения лапок и изгибы усиков, но не передает их с анатомической достоверностью, а опускает детали, выделяет главное. На фотографиях виден процесс создания картины.

Написанные монохромно, лишь черной тушью, но во всей полноте ее оттенков – от блекло-серого тельца, полупрозрачного в воде, до глубокой черноты в написании глаз – креветки Ци Бай-ши стали высочайшим эталоном живописного искусства работы тушью.

До Ци Бай-ши, столь неприметный, случайный и почти недостойный внимания художников мотив под кистью мастера превратился едва ли не в центральный образ в этом жанре.

Тут уместно вспомнить и провести аналогию с монохромной живописью бамбука у китайских классиков изобразительного искусства, которые видели в нем все многообразие жизни. Ци Бай-ши пошел дальше, и в новейшее время предложил, основываясь на принципах, не терпящих многозначности, новый объект, на первый взгляд недостойный и малопривлекательный – речные креветки. Но в их изображении чувствуется главное кредо художника -  человеку не нужен возвышенный обман, жизнь прекрасна в своей простоте, надо лишь увидеть ее, постичь прекрасное можно во тьме истин обыденного существования.

Изобразив две креветки во всем их непритязательном естестве и причудливой, даже странноватой грации, восьмидесятипятилетний художник стал очень известным, благодаря тому, что большая типография отпечатала множество копий с этой работы, его работы стали доступны и известны в самых широких массах.

Другой подход к написанию креветок – свитки значительных размеров (200х70см, например). Стая креветок, словно поток, изливается сверху вниз. Неповторимость каждой и вместе с тем органичная связь со всеми, динамизм в сочетании с простотой, разнообразие выходят на первый план.

Креветки, написанные Ци Бай-ши, могут быть восприняты как абстрактная иероглифическая письменность, но в отличие от самой каллиграфии – здесь мы видим язык и письменность самой природы, который понял великий художник и смог перевести для зрителя и показать на бумаге.

Язык природы становится более понятным для многих, особенно воспитанных на музейных эталонах красоты. Действительно, с точки зрения принятых шедевров красоты и совершенства, что, например, живописного в обыкновенных головастиках или тех же креветках?

В девяносто лет, опытный мастер снова и снова возвращается к этому мотиву – пишет головастиков, гоняющихся за отражением лотоса в воде. Обостренное чувство фальши в искусстве и в жизни, к фальши расхожих понятий прекрасного и возвышенного во вкусе академических ремесленников толкает Ци Бай-ши к заостренной неброскости, некрасивости изображаемого, он как бы делает вызов, показывая истинную жизнь во всей ее неяркой красоте.

Известный китайский художник Пань Тянь-шоу писал, что «пока людям дороги мир, солнце, красота Земли, искусство Ци Бай-ши будет нужно людям».

Талант художника был оценен на его Родине, и он в 1953 году получил звание народного художника КНР.

Ци Бай-ши избирается председателем Всекитайского Союза художников, он был депутатом народного собрания.

Ци Бай-ши и Чжоу Эньлай, премьер Госсовета и министр иностранных дел КНР.

В 1956 году Всемирный Совет Мира присудил Ци Бай-ши Международную премию мира.

Несмотря на преклонный возраст и недуги, Ци Бай-ши только за последние годы жизни создал около 400 произведений, его последние годы отмечены огромным творческим подъемом и мировым признанием.

В 50-е годы им были созданы шедевры каллиграфического и живописного искусства, вырезано множество печатей, сформулированы в стихах важнейшие суждения о природе художественного творчества вообще и своем искусстве в частности.

Ци Бай-ши умер 16 сентября 1957 года, прожив 98 лет.

mishoukov.livejournal.com

КРЕВЕТКИ Ци Бай-ши. 100 великих картин

КРЕВЕТКИ

Ци Бай-ши

Когда в 1956 году Всемирный совет мира присудил Международную ленинскую премию «За укрепление мира между народами» 94-летнему китайскому художнику Ци Бай-ши, в Европе это имя многие услышали впервые. А между тем показанные за 25 лет до этого на выставке дальневосточного искусства (сначала в Вене, потом в Берлине и Будапеште) произведения художника вызвали пристальный интерес европейских любителей живописи. Они восхищались смелостью колорита рисунков и выразительностью их линий, сделанных кистью.

 Ци Бай-ши был большим знатоком малоизвестной техники «гохуа», но старался не только продолжить традиции своих предшественников, но и создать произведения новой «гохуа». Этим термином с начала XX века стали называть национальную китайскую живопись, в которой национальные традиции связаны с особыми художественными приемами, сложившимися еще в VIII—XIII веках. Картины «гохуа» имеют форму свитков в виде удлиненного прямоугольника, а по композиции они различаются на горизонтальные и вертикальные. В отличие от европейских произведений живописи китайцы не вывешивают свои картины на стенах, обычно они хранят их в коробках и достают оттуда только по праздникам. Внизу у таких картин-свитков есть круглая палка, концы которой обычно украшены слоновой костью или дорогими породами деревьев.

Старые мастера очень любили рисовать на таких свитках, длина которых иногда достигала нескольких метров. Обычно на узкой полосе свитка изображался красивый поэтический пейзаж, цветы, рыбы или птицы, а также персонажи старинных легенд и романов. Для картин «гохуа» употреблялись особая бумага или особый шелк, а пишутся такие произведения черной тушью или тушью в сочетании с разноцветными красками (минеральными или растительного происхождения). Изображение «вытягивается» по длине свитка, лишенный фона предмет как бы «вынимается» из своего окружения и вводится в белое поле картины, сопровождаемой каллиграфическими надписями (стихами самого художника), располагавшимися в верхнем углу, и красными печатями. Таким образом, классические «гохуа» являлись единством трех элементом — рисунка, стихов и каллиграфии.

В произведениях «гохуа», как правило, отсутствует светотень, и предметы как бы одинаково освещены со всех сторон. Китайские художники не пользовались и приемами линейной перспективы для передачи пространства и моделирования объема предметов. С помощью тончайших градаций туши они создавали ощущение воздуха, окутывающего дальние предметы, тумана, впечатление ярких солнечных бликов, играющих на листьях.

Линия — то нервная и тонкая, то густая и разливающаяся в пятно — являлась основой всей китайской живописи. Кроме того, предметы, расположенные на переднем и заднем планах картины, изображаются в одинаковую величину, без всякой перспективы. И тогда создается впечатление, что зритель смотрит на картину сверху вниз.

Для «гохуа» существует 16 различных кистей, которые поразному применяются — в зависимости от того, каким способом пишется картина. А видов письма «гохуа» существует несколько: способом «суньфа» пишется рельеф; способом «дяньфа» — листва на деревьях, лишайники и мох; «способом «жаньфа» — небо, звезды и большие поверхности; способом «гоуфа» — контурные рисунки. В зависимости от избранного метода художник и кисть держит по-разному — наклонно или вертикально, с нажимом или без нажима.

Китайские художники отличаются от европейских не только по технике работы, но и по манере воспринимать видимое. Для европейца плоскость картины — это окно, через которое он видит кусочек мира и пишет на холсте то, что видит через это окно. Для китайцев плоскость картины та же бумага, на которой он пишет иероглифы. Только на картине явления мира он передает не иероглифами, хотя в обоих случаях пользуется одними и теми же средствами — кистью и тушью. Поэтому для китайского художника достаточно изобразить что-нибудь одно, а всю остальную плоскость картины оставить чистой, или самое большее — наметить задний план.

Выше уже говорилось, что для создания произведений «гохуа» художник должен был владеть техникой рисунка, уметь писать стихи и обладать красивой каллиграфией. А Ци Бай-ши, сын бедного крестьянина, не получил даже начального образования: в детстве он был пастухом, в юности — столяром, и только благодаря своему таланту и огромному труду он сумел найти свой путь в искусстве. Ци Бай-ши занимался столярничаньем 14 лет, его изделия помогали жить все увеличивающейся семье. Но свободное время он отдавал живописи.

Когда ему попал в руки знаменитый учебник «Альбом Сада горчичного зерна», он по ночам копировал рисунки из него. А соседи и знакомые выпрашивали у молодого художника эти рисунки, чтобы украсить ими свои жилища. Так понемногу Ци Бай-ши стал известен в округе не только как столяр и резчик по дереву, но и как художник. Но он понимал, что настоящий художник должен обладать глубокими познаниями, знать историю своей страны и тонко чувствовать ее культуру. Будущий мастер обращается к изучению поэзии — и сам становится выдающимся поэтом, изучает древние искусства — и становится прославленным резчиком печатей, обращается к изучению каллиграфии — и становится первоклассным каллиграфом. 

Уже первый период творчества Ци Бай-ши отмечен произве дениями, исполненными с большой тщательностью. Он скрупулезно выписывал все до мельчайших деталей, не умея пока отделить главное от второстепенного. Это был еще не тот Ци Байши, которого мы сейчас знаем. 

Постепенно, изучая произведения других художников, он отходит от излишней детализации, удар его кисти становится уверенным и сильным, линии рисунка более выразительными. Усиливая или ослабляя удар кисти, Ци Бай-ши с поразительным умением начинает передавать специфические особенности и фактуру изображаемого предмета. С течением времени он становится одним из крупнейших мастеров национальной школы живописи, и в его творчестве начинают проявляться характерные черты «гохуа» — ясность, простота и красочность.

В Китае о нем говорят: «Он в малом видел большое, из ничего рождал многое». Поэтому для китайцев столько волнующих чувств таится в рисунке, на котором изображены желтые листья и сидящая на них цикада. В таком рисунке передана чудесная осенняя пора с ее золотом и багрянцем в листьях — своеобразная красота увядающей природы. Совсем иные чувства рождает ветка цветущей глицинии. Фиолетово-розовая, с желтыми и голубыми пятнами, будто благоухающая кисть, она как будто вобрала в себя теплые лучи весеннего солнца. Наблюдательность позволяет Ци Бай-ши воспроизводить момент раскрытия лепестков пиона или венчика вьюнка, полет стрекозы, лопающийся на ветру гранат и неторопливое течение реки, в которой медленно плывут рыбы, чуть шевеля плавниками, и перебирают тонкими лапками «Креветки».

К аналитическим наблюдениям, которые в живописи служили ему для смелых обобщений, художник относился очень серьезно. Однажды, когда у него самого были уже ученики, он спросил одного из них, сколько ног имеют различного рода креветки и насекомые, из скольких сегментов состоит их брюшко и т.д. Ученик знал об этом лишь приблизительно, и мастер побранил его, объяснив, что всеэто надо знать в точности. Не для того, чтобы воспроизводить на картине все 12 ножек, а чтобы (зная их число) решить, сколько ножек можно не изображать и вместе с тем, однако, передать впечатление живого насекомого или креветки.

Ци Бай-ши линейным и цветовым ритмическим строем своих работ заставил «заговорить» даже неодушевленные вещи: грабли и удочки, корзины и чайники, светильники, палочки для еды и даже бухгалтерские счеты. Но общепризнанно, что художник достиг вершины своего мастерства в искусстве изображения креветок, которых он рисовал много и часто. Однако сам Ци Бай-ши очень огорчался, что некоторые видят в нем только мастера изображения креветок. На одном из его свитков есть даже такая надпись: «Мне уже 78 лет, но я слышу часто, как люди говорят, что я умею рисовать только креветок. Как это несправедливо!»

И тем не менее Ци Бай-ши очень любил писать креветок — не экзотических морских, а обычных речных, которых обычно называют «креветками с длинными лапками». Они бывают двух видов — белые и зеленые. В ранний период своего творчества художник чаще рисовал зеленых креветок, позже любил изображать белых, так как их блеклый цвет требует более изощренной работы кистью. Особым изяществом отличает лист «Маленькая зеленая креветка», созданный 80-летним мастером.

Примерно до 60 лет Ци Бай-ши ограничивал себя только изучением образцов классического искусства в изображении креветок, однако вовсе не стремился к слепому копированию. На одном из свитков Чжу Сюэ-гэ, признанного мастера в искусстве рисовать креветок, он написал: «Чжу Сюэ-гэ изображает креветок, но в них нет духа древности и простоты».

Только в 62 года Ци Бай-ши обратился к изучению и изображению своего любимого «героя» с натуры. Каждый день он пристально наблюдал жизнь этих существ в речках, озерах и прудах пекинских парков, стараясь уловить своеобразие их движений, изменение цвета в разной воде, взаимосвязь друг с другом. Когда его спросили, как ему удается с такой точностью передать все детали строения креветок, он ответил: «Я рисую их каждый день. Нельзя пропустить ни одного дня».

Как он их рисовал? Сначала наносится штрих светлой тушью кончиком кисти, потом поперечный штрих центральной частью прямостоящей кисти, затем делается сильный поворот кисти. Так, тремя штрихами Ци Бай-ши рисует тулово креветки. Потом наклонной кистью делаются два штриха по бокам тулова, а для изображения усиков применяются несколько видов прямо поставленной кисти. Глаза их Ци Бай-ши пишет короткими линиями, а при завершении рисунка мастер широким движением наклонной кисти рисует хвост. Красоту и совершенство произведений Ци Бай-ши в изображении креветок китайский зритель видит именно в этих последних горизонтальных штрихах, так как в каллиграфическом отношении они считаются самыми трудными.

Общепризнанный мастер в этой области живописи, сам Ци Бай-ши ощущал эстетическую неисчерпаемость данного явления и ограниченные возможности художника постичь ее. Уже в преклонном возрасте он говорил: «Я рисую креветок уже несколько десятков лет и только сейчас начинаю немного постигать их характер».

На праздновании 93-летия художника известный китайский писатель Лао Шэ сказал: «На картинах Ци Бай-ши движения креветок в воде переданы так, что кажется, будто они живые».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

culture.wikireading.ru

Креветки Ци Бай-ши: the_morning_spb

МАКСИМОВ Константин Мефодьевич (1913-1994)► «Портрет Ци Бай-ши».► «Ци Бай-ши». Этюд. 1956 г.Картон, масло. 22 x 13 см.► «Ци Бай-ши». 1956

ЦИ БАЙШИ (кит. трад. 齊白石, упр. 齐白石, пиньинь: Qí Báishí; 1864-1957) – известный китайский художник, каллиграф и мастер резьбы по камню. Знаменит своими образцовыми произведениями в жанрах «цветы-птицы» и «травы-насекомые», признанный мастер изображения креветок.

Оригинал взят у mishoukov в Креветки Ци Бай-ши

Основная часть текста взята из книги Е.В. Завадской «Ци Бай-ши», издательство «Искусство», 1982г.Общепризнанным является мнение о том, что Ци Бай-ши достиг вершины мастерства именно в искусстве изображения креветок. Интересным фактом представляется то, что только в возрасте 55-60 лет художник обращается непосредственно к живым объектам природы, а до этого времени он исходил только из классической живописи.До этого периода Ци Бай-ши работал в жанре «цветы и птицы» только в стиле гунби (тщательная/ прилежная кисть).Рисовал креветок великий мастер часто и много, но, по воспоминаниям его современников, художник огорчался, что некоторые видят в нем лишь мастера изображения креветок и не более того. На одном из свитков Ци Бай-ши сделал надпись «Мне уже 78 лет, но я слышу часто, как люди говорят, что я умею только рисовать креветок. Как это несправедливо!»Ци Бай-ши любил изображать не экзотических морских креветок, а обычных речных, которых называют «креветки с длинными лапками». Они бывают двух видов – белые и зеленые. В ранний период творчества художник чаще писал зеленые, а позже любил изображать белые креветки, так как их блеклый тон требует большей изощренности в работе тушью.Речные креветки относительно небольшие по размеру. Особым изяществом отличается лист «Маленькая зеленая креветка», созданный восьмидесятилетним мастером.Ци Бай-ши, естественно, основывался на изображении креветок на опыте традиционной живописи. Нередко к этому объекту обращались, например, минские и цинские художники, однако они трактовали этот мотив орнаментально, жестко и не глубоко. Лишь Чэнь Бань-цяо, Чжу Да и Ли Фу-тан представлялись Ци Бай-ши подлинными мастерами в искусстве изображать креветок.До шестидесятилетнего возраста художник ограничивал себя лишь изучением образцов классического искусства, но не стремился при этом к слепому копированию, а старался творчески переосмыслить общепринятые нормы. На одном из своих свитков Ци Бай-ши написал: «Чжу Сюэ-гэ ( т.е.ЧжуДа) изображает креветок, но в них нет духа древности и простоты».Когда Ци Бай-ши переехал жить в Пекин, ему представилась возможность изучать, наблюдать своего «излюбленного героя» в речках, озерах и прудах парков столицы.Ци Бай-ши почти каждый день пристально наблюдал за ними, стараясь уловить и передать на бумаге своеобразие их движений, взаимосвязь друг с другом, изменения цвета в разной воде, полупрозрачность их тел, различные комбинации ракурсов.Когда Ци Бай-ши спросили, как ему удается передавать с такой точностью все детали в строении креветки, он ответил так: «Я рисую каждый день. Нельзя пропускать ни одного дня».

Однако свитки, созданные мастером в последние двадцать лет жизни, качественно отличаются от прежних работ и большей полнотой структурной сложности объекта, и колористической тонкостью, и поразительной точностью композиционного построения картины.

Китайские исследователи, прежде всего Ху Пэй-хэн, подробно описывают каждый штрих, каждое движение кистью, которые использует Ци Бай-ши, рисуя креветок.Сначала наносится штрих более светлой тушью кончиком кисти, потом поперечный центральной частью прямостоящей кисти (сверху он острый, снизу – округлый), затем делается сильный поворот кисти – так тремя штрихами передается тулово креветки. Затем наклонной кистью делаются два штриха по бокам тулова. Для изображения усиков креветки применяются другие кисти, меньшего размера, каждая из трех пар усиков пишется по-своему, исходя из прописанных правил. Глаза креветок Ци Бай-ши пишет двумя горизонтальными короткими штрихами, тушь темная, сухая.Красоту и совершенство произведений Ци Бай-ши с изображением креветок китайский зритель нередко видит именно в этих горизонтальных штрихах: они считаются наиболее трудными в каллиграфическом отношении.Ниже приведено поэтапное написание креветок из учебного пособия по живописи.«Я рисую креветок уже несколько десятков лет, и, кажется, только сейчас начинаю немного постигать их характер», - писал Ци Бай-ши.Действительно, монохромная живопись креветок требует от художника филигранного мастерства, знания свойств бумаги и туши, умения передать живой, движущийся объект, без права на малейшую неточность, которую рисовая бумага не простит – картина будет попросту испорчена.Различные оттенки серого, вариации мокрой и сухой кисти, умение провести линию тушью по еще непросохшей бумаге, добившись эффекта частичного перехода и наплыва туши, при этом полный контроль над тем, насколько просохла бумага в нужном месте, правильные композиционные решения в согласии с размером листа – задача не из простых.И хотя написание самой картины занимает несколько минут времени – это подобно исполнению сложнейшей музыкальной партии, где ценится неповторимое мастерство и виртуозное владение инструментом, кистью, причем самим инструментом становится и тушь, и бумага, а сам человек – определенным проводником, дирижером этой неповторимой симфонии оттенков туши.На праздновании 93-лентия Ци Бай-ши китайский писатель Лао Шэ сказал: «На картинах Ци Бай-ши движения креветок в воде переданы так, что кажется, будто они живые».Однако, создавая свои картины, он никогда не стремился к простому копированию природы. «Слишком много деталей на ножках у креветки, но я не собираюсь писать эти штучки» - говорил художник, имея в виду, что важно отбирать главное в объекте.Ци Бай-ши создал два основных типа живописно-графической композиции в изображении креветок. Традиции написания в альбомных листах и небольших по размеру свитках продолжены Ци Бай-ши, где он изображал обычно одну или две-три креветки.Здесь мы видим увеличенные художником в размере, словно под микроскопом, креветки, рассмотренные им со всей тщательностью, но в отличие от механического глаза око художника видит не то, что объективно, а то, что ему видится. Ци Бай-ши воспроизводит сложную «арматуру» - линейный остов креветок, особенно членения лапок и изгибы усиков, но не передает их с анатомической достоверностью, а опускает детали, выделяет главное. На фотографиях виден процесс создания картины.Написанные монохромно, лишь черной тушью, но во всей полноте ее оттенков – от блекло-серого тельца, полупрозрачного в воде, до глубокой черноты в написании глаз – креветки Ци Бай-ши стали высочайшим эталоном живописного искусства работы тушью.До Ци Бай-ши, столь неприметный, случайный и почти недостойный внимания художников мотив под кистью мастера превратился едва ли не в центральный образ в этом жанре.Тут уместно вспомнить и провести аналогию с монохромной живописью бамбука у китайских классиков изобразительного искусства, которые видели в нем все многообразие жизни. Ци Бай-ши пошел дальше, и в новейшее время предложил, основываясь на принципах, не терпящих многозначности, новый объект, на первый взгляд недостойный и малопривлекательный – речные креветки. Но в их изображении чувствуется главное кредо художника - человеку не нужен возвышенный обман, жизнь прекрасна в своей простоте, надо лишь увидеть ее, постичь прекрасное можно во тьме истин обыденного существования.Изобразив две креветки во всем их непритязательном естестве и причудливой, даже странноватой грации, восьмидесятипятилетний художник стал очень известным, благодаря тому, что большая типография отпечатала множество копий с этой работы, его работы стали доступны и известны в самых широких массах.Другой подход к написанию креветок – свитки значительных размеров (200х70см, например). Стая креветок, словно поток, изливается сверху вниз. Неповторимость каждой и вместе с тем органичная связь со всеми, динамизм в сочетании с простотой, разнообразие выходят на первый план.Креветки, написанные Ци Бай-ши, могут быть восприняты как абстрактная иероглифическая письменность, но в отличие от самой каллиграфии – здесь мы видим язык и письменность самой природы, который понял великий художник и смог перевести для зрителя и показать на бумаге.Язык природы становится более понятным для многих, особенно воспитанных на музейных эталонах красоты. Действительно, с точки зрения принятых шедевров красоты и совершенства, что, например, живописного в обыкновенных головастиках или тех же креветках?В девяносто лет, опытный мастер снова и снова возвращается к этому мотиву – пишет головастиков, гоняющихся за отражением лотоса в воде. Обостренное чувство фальши в искусстве и в жизни, к фальши расхожих понятий прекрасного и возвышенного во вкусе академических ремесленников толкает Ци Бай-ши к заостренной неброскости, некрасивости изображаемого, он как бы делает вызов, показывая истинную жизнь во всей ее неяркой красоте.Известный китайский художник Пань Тянь-шоу писал, что «пока людям дороги мир, солнце, красота Земли, искусство Ци Бай-ши будет нужно людям».Талант художника был оценен на его Родине, и он в 1953 году получил звание народного художника КНР.Ци Бай-ши избирается председателем Всекитайского Союза художников, он был депутатом народного собрания.Ци Бай-ши и Чжоу Эньлай, премьер Госсовета и министр иностранных дел КНР.В 1956 году Всемирный Совет Мира присудил Ци Бай-ши Международную премию мира.Несмотря на преклонный возраст и недуги, Ци Бай-ши только за последние годы жизни создал около 400 произведений, его последние годы отмечены огромным творческим подъемом и мировым признанием.В 50-е годы им были созданы шедевры каллиграфического и живописного искусства, вырезано множество печатей, сформулированы в стихах важнейшие суждения о природе художественного творчества вообще и своем искусстве в частности.Ци Бай-ши умер 16 сентября 1957 года, прожив 98 лет.

the-morning-spb.livejournal.com

Надежда Ионина. КРЕВЕТКИ Ци Бай-ши. 100 великих картин

КРЕВЕТКИ Ци Бай-ши

Когда в 1956 году Всемирный совет мира присудил Международную ленинскую премию «За укрепление мира между народами» 94-летнему китайскому художнику Ци Бай-ши, в Европе это имя многие услышали впервые. А между тем показанные за 25 лет до этого на выставке дальневосточного искусства (сначала в Вене, потом в Берлине и Будапеште) произведения художника вызвали пристальный интерес европейских любителей живописи. Они восхищались смелостью колорита рисунков и выразительностью их линий, сделанных кистью.

Ци Бай-ши был большим знатоком малоизвестной техники «гохуа», но старался не только продолжить традиции своих предшественников, но и создать произведения новой «гохуа». Этим термином с начала XX века стали называть национальную китайскую живопись, в которой национальные традиции связаны с особыми художественными приемами, сложившимися еще в VIII—XIII веках. Картины «гохуа» имеют форму свитков в виде удлиненного прямоугольника, а по композиции они различаются на горизонтальные и вертикальные. В отличие от европейских произведений живописи китайцы не вывешивают свои картины на стенах, обычно они хранят их в коробках и достают оттуда только по праздникам. Внизу у таких картин-свитков есть круглая палка, концы которой обычно украшены слоновой костью или дорогими породами деревьев.

Старые мастера очень любили рисовать на таких свитках, длина которых иногда достигала нескольких метров. Обычно на узкой полосе свитка изображался красивый поэтический пейзаж, цветы, рыбы или птицы, а также персонажи старинных легенд и романов. Для картин «гохуа» употреблялись особая бумага или особый шелк, а пишутся такие произведения черной тушью или тушью в сочетании с разноцветными красками (минеральными или растительного происхождения). Изображение «вытягивается» по длине свитка, лишенный фона предмет как бы «вынимается» из своего окружения и вводится в белое поле картины, сопровождаемой каллиграфическими надписями (стихами самого художника), располагавшимися в верхнем углу, и красными печатями. Таким образом, классические «гохуа» являлись единством трех элементом — рисунка, стихов и каллиграфии.

В произведениях «гохуа», как правило, отсутствует светотень, и предметы как бы одинаково освещены со всех сторон. Китайские художники не пользовались и приемами линейной перспективы для передачи пространства и моделирования объема предметов. С помощью тончайших градаций туши они создавали ощущение воздуха, окутывающего дальние предметы, тумана, впечатление ярких солнечных бликов, играющих на листьях.

Линия — то нервная и тонкая, то густая и разливающаяся в пятно — являлась основой всей китайской живописи. Кроме того, предметы, расположенные на переднем и заднем планах картины, изображаются в одинаковую величину, без всякой перспективы. И тогда создается впечатление, что зритель смотрит на картину сверху вниз.

Для «гохуа» существует 16 различных кистей, которые поразному применяются — в зависимости от того, каким способом пишется картина. А видов письма «гохуа» существует несколько: способом «суньфа» пишется рельеф; способом «дяньфа» — листва на деревьях, лишайники и мох; «способом «жаньфа» — небо, звезды и большие поверхности; способом «гоуфа» — контурные рисунки. В зависимости от избранного метода художник и кисть держит по-разному — наклонно или вертикально, с нажимом или без нажима.

Китайские художники отличаются от европейских не только по технике работы, но и по манере воспринимать видимое. Для европейца плоскость картины — это окно, через которое он видит кусочек мира и пишет на холсте то, что видит через это окно. Для китайцев плоскость картины та же бумага, на которой он пишет иероглифы. Только на картине явления мира он передает не иероглифами, хотя в обоих случаях пользуется одними и теми же средствами — кистью и тушью. Поэтому для китайского художника достаточно изобразить что-нибудь одно, а всю остальную плоскость картины оставить чистой, или самое большее — наметить задний план.

Выше уже говорилось, что для создания произведений «гохуа» художник должен был владеть техникой рисунка, уметь писать стихи и обладать красивой каллиграфией. А Ци Бай-ши, сын бедного крестьянина, не получил даже начального образования: в детстве он был пастухом, в юности — столяром, и только благодаря своему таланту и огромному труду он сумел найти свой путь в искусстве. Ци Бай-ши занимался столярничаньем 14 лет, его изделия помогали жить все увеличивающейся семье. Но свободное время он отдавал живописи.

Когда ему попал в руки знаменитый учебник «Альбом Сада горчичного зерна», он по ночам копировал рисунки из него. А соседи и знакомые выпрашивали у молодого художника эти рисунки, чтобы украсить ими свои жилища. Так понемногу Ци Бай-ши стал известен в округе не только как столяр и резчик по дереву, но и как художник. Но он понимал, что настоящий художник должен обладать глубокими познаниями, знать историю своей страны и тонко чувствовать ее культуру. Будущий мастер обращается к изучению поэзии — и сам становится выдающимся поэтом, изучает древние искусства — и становится прославленным резчиком печатей, обращается к изучению каллиграфии — и становится первоклассным каллиграфом.

Уже первый период творчества Ци Бай-ши отмечен произве дениями, исполненными с большой тщательностью. Он скрупулезно выписывал все до мельчайших деталей, не умея пока отделить главное от второстепенного. Это был еще не тот Ци Байши, которого мы сейчас знаем.

Постепенно, изучая произведения других художников, он отходит от излишней детализации, удар его кисти становится уверенным и сильным, линии рисунка более выразительными. Усиливая или ослабляя удар кисти, Ци Бай-ши с поразительным умением начинает передавать специфические особенности и фактуру изображаемого предмета. С течением времени он становится одним из крупнейших мастеров национальной школы живописи, и в его творчестве начинают проявляться характерные черты «гохуа» — ясность, простота и красочность.

В Китае о нем говорят: «Он в малом видел большое, из ничего рождал многое». Поэтому для китайцев столько волнующих чувств таится в рисунке, на котором изображены желтые листья и сидящая на них цикада. В таком рисунке передана чудесная осенняя пора с ее золотом и багрянцем в листьях — своеобразная красота увядающей природы. Совсем иные чувства рождает ветка цветущей глицинии. Фиолетово-розовая, с желтыми и голубыми пятнами, будто благоухающая кисть, она как будто вобрала в себя теплые лучи весеннего солнца. Наблюдательность позволяет Ци Бай-ши воспроизводить момент раскрытия лепестков пиона или венчика вьюнка, полет стрекозы, лопающийся на ветру гранат и неторопливое течение реки, в которой медленно плывут рыбы, чуть шевеля плавниками, и перебирают тонкими лапками «Креветки».

К аналитическим наблюдениям, которые в живописи служили ему для смелых обобщений, художник относился очень серьезно. Однажды, когда у него самого были уже ученики, он спросил одного из них, сколько ног имеют различного рода креветки и насекомые, из скольких сегментов состоит их брюшко и т.д. Ученик знал об этом лишь приблизительно, и мастер побранил его, объяснив, что всеэто надо знать в точности. Не для того, чтобы воспроизводить на картине все 12 ножек, а чтобы (зная их число) решить, сколько ножек можно не изображать и вместе с тем, однако, передать впечатление живого насекомого или креветки.

Ци Бай-ши линейным и цветовым ритмическим строем своих работ заставил «заговорить» даже неодушевленные вещи: грабли и удочки, корзины и чайники, светильники, палочки для еды и даже бухгалтерские счеты. Но общепризнанно, что художник достиг вершины своего мастерства в искусстве изображения креветок, которых он рисовал много и часто. Однако сам Ци Бай-ши очень огорчался, что некоторые видят в нем только мастера изображения креветок. На одном из его свитков есть даже такая надпись: «Мне уже 78 лет, но я слышу часто, как люди говорят, что я умею рисовать только креветок. Как это несправедливо!»

И тем не менее Ци Бай-ши очень любил писать креветок — не экзотических морских, а обычных речных, которых обычно называют «креветками с длинными лапками». Они бывают двух видов — белые и зеленые. В ранний период своего творчества художник чаще рисовал зеленых креветок, позже любил изображать белых, так как их блеклый цвет требует более изощренной работы кистью. Особым изяществом отличает лист «Маленькая зеленая креветка», созданный 80-летним мастером.

Примерно до 60 лет Ци Бай-ши ограничивал себя только изучением образцов классического искусства в изображении креветок, однако вовсе не стремился к слепому копированию. На одном из свитков Чжу Сюэ-гэ, признанного мастера в искусстве рисовать креветок, он написал: «Чжу Сюэ-гэ изображает креветок, но в них нет духа древности и простоты».

Только в 62 года Ци Бай-ши обратился к изучению и изображению своего любимого «героя» с натуры. Каждый день он пристально наблюдал жизнь этих существ в речках, озерах и прудах пекинских парков, стараясь уловить своеобразие их движений, изменение цвета в разной воде, взаимосвязь друг с другом. Когда его спросили, как ему удается с такой точностью передать все детали строения креветок, он ответил: «Я рисую их каждый день. Нельзя пропустить ни одного дня».

Как он их рисовал? Сначала наносится штрих светлой тушью кончиком кисти, потом поперечный штрих центральной частью прямостоящей кисти, затем делается сильный поворот кисти. Так, тремя штрихами Ци Бай-ши рисует тулово креветки. Потом наклонной кистью делаются два штриха по бокам тулова, а для изображения усиков применяются несколько видов прямо поставленной кисти. Глаза их Ци Бай-ши пишет короткими линиями, а при завершении рисунка мастер широким движением наклонной кисти рисует хвост. Красоту и совершенство произведений Ци Бай-ши в изображении креветок китайский зритель видит именно в этих последних горизонтальных штрихах, так как в каллиграфическом отношении они считаются самыми трудными.

Общепризнанный мастер в этой области живописи, сам Ци Бай-ши ощущал эстетическую неисчерпаемость данного явления и ограниченные возможности художника постичь ее. Уже в преклонном возрасте он говорил: «Я рисую креветок уже несколько десятков лет и только сейчас начинаю немного постигать их характер».

На праздновании 93-летия художника известный китайский писатель Лао Шэ сказал: «На картинах Ци Бай-ши движения креветок в воде переданы так, что кажется, будто они живые».

   Вперёд>>   Просмотров: 525

mamasek.ru

Малоизвестные факты из жизни Ци Байши

Жизнь и деятельность художника, биография, интересные и неизвесные ранее факты из жизни Ци Байши, раскрывающие его личность.

Ци Байши (齐白石 ) (1864-1957гг.), величайший китайский каллиграф и художник 20-го столетия, мастер резьбы по камню, человек с мировым именем.

Малоизвестные факты из жизни Ци Байши.

Однажды, в период японской оккупации Китая, представителями пекинского марионеточного режима был устроен торжественный банкет по случаю празднования дня рождения, начальника местной полиции, главного предателя китайского народа. Придя на церемонию, Ци Байши огляделся и увидел огромное количество гостей, заполнивших зал, немного поразмыслив он разложил на столе лист бумаги и начал быстро рисовать. В мгновение ока на листе появился нарисованный тушью краб. Люди с радостью стали подходить и осыпать комплиментами работу мастера. Как вдруг Ци Байши легко взмахнув кистью, самым ее кончиком сделал на картине надпись из нескольких иероглифов, которая гласила:«Бесчинства наступили времена,Вот мое послание сёгуну,Теперь, взмахнув рукавом, я удаляюсь.» (образно: ухожу, хлопнув дверью – прим. переводчика).

Увидев картину, один из представителей предательской власти стал просить ее, тогда Ци Байши добавил стихотворную надпись для лицемерного чиновника:

«Черный шелковый головной убор, белоснежное опахало,Все как подобает достопочтенному мужу.На деле же грязью он вымаран с головы до пят,И хоть он маскируется, но вся его суть очевидна,И где же его чувство долга?»

В тяжелые годы японской оккупации, чтобы не дать противнику использовать себя в своих интересах, Ци Байши пришлось вести затворнический образ жизни.

На двери своего жилища он вывесил обращение такого содержания: «Китайские, а также иностранные представители власти, желающие приобрести работы Байши, хозяин дома не рад вашему визиту, и покорнейше просит его простить за отказ в аудиенции.Кроме того, хозяину дома немало наскучил тот факт, что как только он нарисует очередную картину, обязательно приходит кто-то с целью выразить свое собственное мнение о ней.»

Сюжет его картин необычен, как правило, художники рисуя зимородка изображают его на камне или прямо на лотосе во время охоты за рыбками, скользящих по водной глади.

Ци Байши же напротив не рисует плавающих по водной глади рыбок, он изображает глубоководных креветок и делает надпись:

«До сих пор на картинах с изображением зимородков обязательно рисовали рыбок, есть лишь одна картина с креветками (вместо рыбок). Креветки не плавают на поверхности, (как рыбки), что же делать зимородку?»

В этой аллегории скрыт глубокий смысл, Ци Байши, закрыв двери своего дома от непрошеных гостей, подобно креветкам с его картин, прячущихся в водных глубинах, укрылся от домогательств предательских марионеточных властей, которых он уподобляет зимородку.

Художественный стиль и взгляды.

В своей манере живописи Ци Байши был последователем таких мастеров китайской живописи гохуа как Чжу Да (朱耷), Ши Тао (石涛), У Чаншо (吴昌硕), именно под влиянием этих великих художников сформировался его самобытный живописный стиль, благодаря которому его живопись в стиле «пейзаж», «цветы и птицы», «насекомые и рыбы», «овощи и фрукты», «люди», вызывали восхищение и снискали себе славу по всей стране от севера до юга.

Его поистине народный стиль и традиционная классическая манера живописи слились воедино и стали апогеем современной китайской живописи гохуа. В своем искусстве гравировки печатей Ци Байши следовал древним традициям мастеров ханьской эпохи. Его каллиграфия достигла высот древних каллиграфических памятников таких художников и каллиграфов как Ли Бейхай (李北海), Цзинь Дунсинь (金冬心) и Чжэн Баньцяо (郑板桥). Это особенно хорошо видно в его каллиграфии в стилях чжуань и синшу.

В стихосложении Ци Байши не стремился к красоте, не старался следовать изящным традициям поэзии династии Тан и Сун, он писал естественно, как велело сердце и в этом проявляется самобытный стиль его поэзии.

Картины Ци Байши, его печати, каллиграфия, стихи все вместе они представляют собой «четыре совершенства».

Всю свою жизнь, по словам самого Ци Байши, он «пахал тущечницей», зарабатывая себе на жизнь стоим искусством. Его поступки были возвышенны и чисты, а душа преисполнена национальной гордости.

Ци Байши оставил после себя около 30 тысяч картин, воздавая дань потомкам за добрые дела предков, около 3 тысяч стихов, многочисленные рукописи, поделки, свитки. Огромное количество его произведений было издано по всему миру.

В 70 летнем возрасте Ци Байши сказал: я знаю только то, что не умею рисовать, а люди на все лады начали расхваливать мою скромность. Тогда я сказал: я действительно не умею рисовать, но люди стали хвалить меня еще больше.Конечно же, не было человека, который бы ему поверил.Перевод с китайского Алиса Лозайка

Прочитать статью полностьюПосмотреть галерею работ Ци Байши

guo-hua.livejournal.com

Художник Ци Бай Ши и живопись гохуа

art.mirtesen.ru

 

Благодаря Ци Бай ши китайская и мировая живопись сделала еще один шаг вперед: он сумел создать свой собственный индивидуальный художественный язык, необычайно яркий и выразительный. Он оставил глубокую веху в истории гохуа.

Ци Бай ши писал: «Если меня спросят – в чем красота рисунка. Я отвечу – чем тоньше, тем лучше. Откуда эти стихи, я и сам не знаю».

Ци Бай ши родился 22 ноября 1863 года в уезде Сянтань провинции Хунань, в селении «Болото Большой Медведицы» в очень бедной семье. Отец и дед мальчика подрабатывали тем, что собирали хворост на продажу. Отец был робким человеком, а вот мать, по свидетельству самого Ци Бай ши, была «решительная, очень восприимчивая натура, способная твердо защищать свои принципы»

Первым учителем художника был его дед, который заставил мальчика писать палочкой на земле свое имя, когда ему еще не было и трех лет. К шести годам мальчик уже хорошо писал, а порой и рисовал. В восемь лет он начал учиться в начальной школе.

Ци Бай ши рассказывает о своих первых опытах живописания: «Придя из школы, я схватил кисть и тушечницу и принялся рисовать. Бог грома, которого я нарисовал, был больше похож на смешного попугая, а я все рисовал и рисовал, но не мог достичь сходства. Тогда я наложил на изображение лист прозрачной бумаги и перерисовал его… В то же время я начал рисовать старых рыбаков. Это было совсем нелегко, но я продолжал рисовать. Я рисовал также цветы, травы, птиц, животных, насекомых, рыб, лошадей, свиней, крабов, лягушек, бабочек, стрекоз и т.п. – одним словом, все, что попадалось на глаза. Это все вещи, которые я очень люблю… Но как ни стремился я запечатлеть Юй гуна, результаты все еще были неутешительные».

Учился в школе мальчик недолго, денег в семье не хватало. В течение трех лет Ци работал по дому. Согласно обычаю, детей женили очень рано. Когда Ци Бай ши было двенадцать лет, его женили на девочке из семьи Чэнь по имени Чунь цзюнь. В пятнадцать лет он стал работать у столяра. С ним он ходил на заработки по деревням. Вечером, после работы, он зажигал масло и учился рисовать до глубокой ночи.

Однажды Ци Бай ши увидел, как работают резчики по дереву: «Я принял решение делать тонкие миниатюрные вещи». Юноша поступает учиться к мастеру резьбы по дереву Чжоу Чжи мэю. Он вырезал многофигурные сцены и целые картины. В течение последующих пяти лет он продолжает работу резчика по дереву, делает табакерки и усердно копирует образцы из энциклопедии «Слово о живописи из Сада с горчичное зерно». В 1883 году в семье Ци Бай ши родился первый ребенок.

В 1889 году состоялась знаменательная встреча Ци Бай ши с Ху Цинь юанем, известным китайским художником. Тот пришел в восторг от живописных работ художника и настоял на том, чтобы Ци Бай ши пошел к нему учиться. Ци Бай ши со страстью начал овладевать живописным мастерством в стиле Ху. Здесь он изучал не только классическую живопись, но и литературу, особенно поэзию, и начал сам писать стихи. Поэтические надписи Ци Бай ши на картинах дополняют живописное изображение, составляют с ним единый художественный образ. Он в совершенстве постигает все изобразительные возможности живописи тушью.

В начале девяностых Ци Бай ши с особым усердием занимается пейзажем и живописью «цветы и птицы». В эти же годы художник овладевает сложным традиционным ремеслом оформления свитка. Тогда же Ци Бай ши становится выдающимся резчиком печатей.

В своей автобиографии он писал: «Я гравировал печать, а потом снова стирал изображение о пол мастерской. Отполировав таким образом камень, я опять делал на нем резьбу. Так как я всякий раз поливал печать водой, то скоро в комнате не оставалось ни одного сухого уголка, и пол в мастерской превращался в болото».

http://www.papahuhu.com/assorted/qibaishi.htmlВ конце века Ци Бай ши впервые покидает родные места, чтобы отправиться по приглашению к известному художнику Ван Сян ци. Тот дал его работам самую высокую оценку, сравнив их с произведениями монаха Ци шаня. «Я почувствовал сильное смущение, – вспоминает Ци Бай ши, – поскольку Ци шань был совершенным мастером, потомком прославленного сунского поэта и каллиграфа Хуан Шань гу». Ци Бай ши становится учеником Ван Сян ци. «С этого времени я отложил долото и взял в руки вместо него кисть для живописи», – записал Ци Бай ши в дневнике.

Ци Бай ши создает двенадцать пейзажных свитков с видами горы Хэншань. Деньги, полученные от продажи свитков, позволяют ему построить в местечке Мэйкун небольшой домик студию, который называет «Кабинет тысячи слив», или «Кабинет поэзии». «Кто то спросил меня, – вспоминал Ци Бай ши, – почему я назвал свою мастерскую "Заимствованная у холма". Я ответил: "Это довольно просто – холм не мой. Я его заимствовал для удовольствия"».

В первое десятилетие нового века художник прошел едва ли не весь Китай от Сианя, крупнейшего центра древней культуры и Пекина до самых глухих провинций. Результатом этих путешествий было около пятидесяти пейзажей, исполненных тушью в национальной манере. Тонко и живо художник передает свое восприятие природы, свои ощущения от общения с ней. Такова, например, картина «Попутный ветер», где Ци Бай ши передает легкое стремительное движение, картина создает впечатление радости, бодрости. Но в этих пейзажах нет еще той точности, уверенности линий, которые появятся позднее.«Пейзажные циклы Ци Бай ши, созданные им в конце 1900 х и в начале 10 х годов XX века, явились результатом его проникновения в живую природу и подлинное искусство, – пишет Е.В. Завадская. – Художником были созданы два пейзажных цикла: "Двадцать четыре пейзажа Шимэнь" и "Виды горы Цзе", включающие пятьдесят два листа. Работы первого цикла отличает большая колористическая свежесть, художник добивается необычайной выразительности, используя и спокойные серо зеленые, серо синие и травянисто зеленые и яркие тона. Ци Бай ши пишет широким свободным мазком – одним мазком краски передает, например, вечернюю зарю.

Пейзажи из цикла "Виды горы Цзе" отличаются еще большей свободой композиции, насыщенностью живописного пятна.Пейзажная композиция "Восход солнца" получила впоследствии огромную известность. Ярче всего она выражает то новое, что обрел в этот период Ци Бай ши. Его искусство с этой поры будет отличать поразительное сочетание глубокой мудрости и детской наивности. На небе, словно в детском рисунке, круглое красное солнце, но само небо, легкие облачка на нем, окрашенные розовым восходом, исполнены тончайших вибраций цвета. Море внизу передано полосами волн то черного и синего, то красного и розового цветов. Сам рисунок, передающий движение волн, предельно прост и по детски наивен. Но в целом, по меткому замечанию Чжи Ань чжи, "это подлинный гимн солнцу"…К концу десятых годов в пейзажной живописи Ци Бай ши происходят дальнейшие изменения. Особенно показателен в этом отношении пейзаж "Ивовая роща", в котором сочетается широкий, свободный размыв с тонкой тщательностью штриха, словно бы сплавляющий воедино традиции Шэнь Чжоу и Ши тао, преодолевающий противостояние детали и общего, тщательности и раскованности…»Десятые годы Ци Бай ши живет в кругу семьи. «Я решил больше не уезжать далеко от дома, а заняться воспитанием сыновей», – писал художник. В 1919 году семья Ци Бай ши переселяется в Пекин. С начала двадцатых годов художник обращается к творчеству Чжу Да: «Чжу Да стал моим богом».

Чжу Да:  http://guo-hua.livejournal.com/14311.html

https://picasaweb.google.com/102328027634335440129/16261705?authkey=Gv1sRgCMqYnOvCu42X2QE&gsessionid=NNuGt5rL8Sums8n69KwF4g#

Ци Бай ши стремится следовать стилю Чжу Да, сочетающему принципы полихромной и монохромной живописи.«В пейзажных композициях, созданных в 30 е годы, Ци Бай ши выступает как нежный лирик; пейзажи родных мест художника предстают через призму далеких воспоминаний, видятся через дымку слез, застилающих глаза художника, – отмечает Е.В. Завадская. – Особой известностью пользуются пейзажные композиции "Под соснами на палочке лошадке", "Поучение"».В эти годы художник выступает против натурализма в искусстве: «Изображая жизнь, я не стремлюсь к явному сходству, я не думаю, что этим я порчу свою репутацию». Вместе с тем: «В живописи мастерство находится на грани сходства и несходства; полное сходство слишком вульгарно, несходство – обман».Этого он требовал и от своих учеников. Е.В. Завадская приводит такой случай. Когда однажды один из них, рисуя банан, не нанес жилок на листе, Ци Бай ши сказал ученику, что нарисованное им нельзя назвать изображением банана, так как имеется большое расхождение с натурой. Затем он заметил: «Банан на рисунке должен быть похож на настоящий банан. Нужно всегда помнить, что ствол дерева не похож на стебель тыквы».

Китай ждут тяжелые годы: в 1938 году страну оккупируют японцы. Ци Бай ши настроен мрачно, хотя в то время оформляет официально брак со своей второй женой, Бао Чу. В 1943 году она умирает в возрасте всего сорока двух лет. Ци Бай ши старается редко выходить на улицу, но вынужден вести переговоры о продаже своих работ. На дверях своей мастерской он повесил записку: «У старого Бай ши больное сердце, и он не в силах принимать гостей».

«Во время оккупации, – писал Ци Бай ши, – я старался любыми путями избегать, чтобы моя живопись была использована в их [японцев] интересах».С изгнанием в 1946 году оккупантов художник вернулся к преподаванию в академии, а еще через год становится во главе Академии изящных искусств.

В последние годы художник все чаще пишет животных, растения: «Интересно проследить, например, как одной только черной тушью он передает различную фактуру предметов: твердые блестящие листья пальмы, ее ствол и рядом – только что вылупившихся пушистых цыплят (картина "Пальма и цыплята"), – пишет Н.С. Николаева. – Цвет используется им чаще всего двояко: он или создает смелый контраст, или разрабатывает тончайшие оттенки одного тона. Очень красивы по цвету его желто розовые персики долголетия, серебристый виноград с сине зелеными листьями, лиловые баклажаны, цветы камелии, золотистые тыквы горлянки.

Его дарование колориста сполна проявилось в такой картине, как "Увядшие лотосы". Большие листья переданы мазками широкой мягкой кисти, размытыми пятнами туши».Художник Ли Кэ жань так описывал цветы вьюнка, исполненные Ци Бай ши: «Они нарисованы до предела ярко красными красками. Их радостно обращенные к утреннему солнцу лица как будто только что обмыты ночной росой…»

При всем многообразии животного и растительного мира, изображаемого мастером, особенно много и успешно он рисовал креветок: «Я рисую креветок уже несколько десятков лет, и [кажется] только начинаю немного постигать их характер». На праздновании 93 летия Ци Бай ши известный писатель Лао Шэ сказал: «На картинах Ци Бай ши движения креветок в воде переданы так, что кажется, будто они живые.

Однако, создавая свои картины, он никогда не стремился к простому копированию природы. Как то Ци Бай ши сказал: "Слишком много деталей на ножках у креветки, но я не собираюсь писать эти штучки". Он умеет отбирать главное».

Ци Бай ши чрезвычайно плодовитый художник. Рассказывают, что за многие годы он лишь два раза оставлял кисть – во время тяжелой болезни и по случаю траура после смерти матери. В девяносто лет он работал так же много и интересно, как в молодости. За год он писал несколько сотен картин.

В честь Конгресса сторонников мира стран Азии и Тихого океана Ци Бай ши написал большую картину и назвал ее «Десять тысяч поколений мира». В 1953 году он был одним из авторов картины «Хэпинсун» – «Гимн миру», написанной коллективом китайских художников как подарок Всемирной ассамблее мира. В 1955 году Ци Бай ши был удостоен Международной премии мира. Умер Ци Бай ши 16 сентября 1957 года.

Ци Байши | Artifex.ru

На одном из свитков великий Ци Байши (齐白石, 1864 – 1957) в сердцах написал:

«Мне уже 78 лет, но я слышу часто, как люди говорят, что я умею только рисовать креветок. Как это несправедливо!»

И, правда, когда спустя годы можно увидеть одновременно уже все работы, созданные художником за долгие годы плодотворной деятельности, уместившиеся в десяти томах, креветки кажутся незначительной мелочью в творчестве мастера. С другой стороны, что же дурного в том, что если бы он всю жизнь посвятил лишь этим созданиям? Истинное искусство принимает столь необычные формы и так разнообразно, что каждая несущественная в обычной жизни былинка может послужить основой для шедевра.

 

А речные креветки, столь интересовавшие Ци Байши, не были такими уж простыми существами. Каждый панцирь – соединение сложных мазков, чередование тени и света, матовое мерцание слоев туши на тонкой белизне бумаги. Именно внимание к столь незамысловатым созданиям, стремление придать их изображению выразительную точность и перенести собственное восхищение сложностью живой природы на бумагу свидетельствуют о непревзойденном мастерстве и приближении к истинной мудрости.

Восточная живопись в противовес тенденциозной европейской не стремилась к бесконечному повторению популярных сюжетов или созданию шедевров, превосходящих все написанное ранее по масштабу. Хотя и Запад, и Восток имели свои обширные традиции и школы, китайская живопись регламентировала правила письма гораздо строже. И, тем не менее, в своем многообразии полотна и гравюры, изображавшие природу, разительно отличались в зависимости от своего мастера. Умение наблюдать и проникать взглядом в суть вещей, свойственное европейцам в меньшей степени, делает работы Ци Байши - даже те, что кажутся повторяющимися - столь особенными.

Они словно говорят, что красота может таиться не только в приятных глазу изгибах античных статуй и не в многообразии красок. Порой она скрыта в мягких однотонных штрихах рисунков тушью с их обманчивой простотой.

 

Не так уж много было шансов у мальчика из бедной крестьянской семьи выучиться даже грамоте, не говоря уже о должном художественном образовании. Выручило несчастье, которое ужасно печалило родителей, – он родился слабым и болезненным, едва ли мог быть пригодным к какой-нибудь серьезной работе. Мальчика отдали на попечение к деду, который начал учить его грамоте. Ци Байши пошел в школу, а уже в десять лет был вынужден уйти из нее – семье требовались рабочие руки. Но и тогда он не оставлял рисования, которым увлекся до этого. За неимением бумаги юный художник использовал страницы старых конторских книг, а иногда и вовсе чертил наброски на песке. Незамысловатые картинки – травы, лягушки, стрекозы - изображали окружающую природу, радовавшую глаз и сердце.

В 15 лет, чтобы иметь хоть какой-то заработок, Ци Байши пошел в ученики к столяру, где начал осваивать азы профессии. Вскоре у него появилось новое увлечение – резьба по дереву, в котором он с небывалым упорством старался превзойти своих учителей. И вскоре талантливый подмастерье начал создавать не отдельные фигурки, а целые композиции.

В 1889 году известный художник Ху Циньюань пришел в восторг, увидев живописные картины юноши, и предложил Ци Байши учиться в его мастерской. Именно там он овладел искусством стихосложения, необыкновенно точно дополняя каллиграфическими строками свои рисунки. И там же, продолжая развивать навыки в живописи, стал обозначать работы собственноручно вырезанными именными печатями.

 

Спустя несколько лет Ци Байши распрощался с учителем, а вместе с тем и с карьерой резчика по дереву. Он отправился в путешествие по стране, окончательно решив посвятить себя живописи. Странствие дало новый импульс работам, изображавшим природу. Окружающие пейзажи манили, они отличались от знакомых с детства, и каждое новое впечатление находило отражение в работах того периода.

Но мастеру пока недоставало твердости руки, и в работах Ци Байши еще не было собственного стиля и зрелости. Приемы и композиция менялись сообразно настроению, новые знания добавляли естественности изображениям, в то время как события в стране, так или иначе, влияли на самого художника. Даже волнения начала 30 годов не заставили его оставить работу. Напротив, тот период стал одним из наиболее плодотворных в творчестве Ци Байши – прочувствованные пейзажи приобрели необыкновенную глубину и даже, кажется, - собственную душу.

 

Багряное рассветное солнце над морем, хрупкие белые ветви вишен на фоне пробуждающейся от зимнего сна земли – все это послужило толчком для создания новых полотен. Они были исполнены настоящей гармонией и чувством единения с миром – но без излишней натуралистичности.

«Мастерство находится на грани сходства и несходства; полное сходство — вульгарно, несходство — обман», – так его видел сам художник.

После окончания войны, в 1946 году, Ци Байши стал преподавателем, а затем и главой Академии изящных искусств в Пекине, не оставляя при этом своего основного занятия. В тот период из-под его кисти выходило невероятное количество работ. Одной из них стала написанная в соавторстве картина «Гимн миру», преподнесенная в 1953 году Всемирной ассамблее сторонников мира. Именно она является одной из самых завораживающих и впечатляющих в его творчестве. А в 1956 году, за несколько месяцев до своей смерти, Ци Байши стал обладателем премии Мира.

 

Известно не только множество работ Ци Байши, но и его личных печатей с псевдонимами. Порой установить их авторство весьма непросто, но в тех случаях, когда оно доказано, можно заключить, что помимо недюжинного таланта мастер обладал завидным чувством юмора.

Так, одна из печатей гласит просто «Ци Байши», другая - «Долгожитель», еще одна сообщает: «Как я терплю людей, люди также терпят меня». И, наконец, существует печать, на которой вырезано:

«Во всей Поднебесной много моих картин, но большинство из них – подделки»

Становление художника, учитывая условия, в которых он родился и вырос, было необычным. Не имея даже базового образования, Ци Байши сумел достигнуть небывалых высот, благодаря собственному острому уму, трудолюбию и определенной доле везения.

  

Не столько природные данные, сколько терпение и любовь к совершенству подняли работы мастера на тот уровень, когда их ценность и глубина видения художника становятся очевидными. Большую часть жизни Ци Байши работал в технике гохуа, а любимыми его жанрами были «цветы-птицы» и «травы-насекомые».

Однако каждый год и каждое новое впечатление привносили иные черты в знакомые сюжеты. Даже самая маленькая деталь приобретала собственное значение и максимальную выразительность. Так в неустанной работе рождалось совершенство.

artifex.ru


Смотрите также